21:39 

США, начало XX века

Легионер в отставке
Меняю картину мира на панораму Вселенной.
1. Роль американских войск в победе Антанты в Первой Мировой войне

(c) Дарья Правдюк
источник

28-й президент Соединенных Штатов Америки Вудро Вильсон как-то заметил: «Америка – единственная в мире страна идеалистов». Однозначно согласиться или не согласиться с этим выдающимся оратором и политиком довольно сложно, ведь даже современные события в странах Ближнего Востока можно при желании преподнести как идеалистичное стремление США сделать этот мир лучше и демократичнее (другое дело, как преподнести результаты этих благих начинаний в таких странах, как Ирак, Египет и Ливия). Но как бы то ни было, в разные этапы мировой истории ХХ века Соединенные Штаты вступали в международные конфликты, не всегда имея прямую необходимость защищать свои территории или суверенитет. Зато их вклад в войну никогда не оставался незамеченным, меняя расстановку сил, а часто и характер боевых действий.

Путь к такой значимости США на международной арене нельзя назвать плавным. Когда в августе 1914 года вспыхнула Первая Мировая война, американцам и не снилось, что через три года их стране придется так грубо нарушить доктрину Монро, предполагавшую доминирование Соединенных Штатов исключительно в западном полушарии. Но именно участие США в Первой Мировой войне способствовало их превращению в страну-кредитора мирового масштаба, имеющего исключительное влияние на страны Старого Света. Кроме финансового фактора, выход Штатов из изоляции отразился и на ходе войны в целом, приблизив страны Антанты к победе. Об этом вкладе в победу и пойдет речь далее.

Для того, чтобы оценить роль Америки в ходе войны, следует рассмотреть условия, на которых она вступила в эту войну. 4 августа 1914 года США объявили о своем нейтралитете. Это было вполне ожидаемой реакцией, ни одна европейская страна-участница войны не брала тогда в расчет возможное участие США, потому что Америка была в прямом и в переносном смысле далека от европейской борьбы за власть и ресурсы. Нельзя было также говорить и о безусловном сочувствии какому-то из военных блоков – на ранних этапах войны США вели активную торговлю как со странами Антанты, так и с Германией (пока Англия не вынудила Америку прервать эти торговые отношения плотной морской блокадой). Но со временем напряжение в американо-германских отношениях возрастало, во многом из-за неограниченной подводной войны Германии против Англии, прерванной в 1916г. после атаки пассажирского корабля Лузитания (1200 погибших), но возобновленной год спустя. Именно унизительные для США условия судоходства в зоне блокады – «лимит» на один пассажирский корабль до Англии в месяц, стал поводом для вступления Штатов в войну.

Дипломатические усилия президента Вудро Вильсона не принесли ощутимых результатов и были восприняты с большой долей сарказма даже в Великобритании и Франции, а Германия посчитала возможным выдвинуть в ответ неприемлемые условия мирного договора. 6 апреля 1917 года США объявляет войну Германии. Понимал ли кайзер Вильгельм II, чем ему это грозит, сказать сложно. На тот момент американская армия была малочисленна и плохо обучена, а запасы вооружения были не впечатляющими (в частности, в апреле 1917г. у США было всего 55 боевых самолетов). Но неподготовленность страны к войне была преодолена в рекордные сроки - у Америки появился шанс впервые продемонстрировать миру свой потрясающий военный потенциал, и она его использовала. Было удвоено производство стали, железные дороги и промышленность были переориентированы на военные нужды, вносились изменения в продовольственную политику для бесперебойного обеспечения армии (ограничение потребления населением некоторых групп продуктов, «сухой» закон). Введенная в мае 1917г. всеобщая воинская повинность пополнила ряды американской армии 4 млн. солдат.

Переброс войск во Францию начался в июне 1917 года, транспортные судна сопровождались военными кораблями, что дало возможность переправлять огромные количества солдат без потерь от немецких подводных лодок. Первая дивизия добрались до своих позиций лишь к октябрю, а полноценное участие в боевых действиях американские войска приняли только летом 1918 года (до этого момента главнокомандующий генерал Першинг проводил учения среди новобранцев, в основном - бывших фермеров и рабочих, немало раздражая этой задержкой французов). 31 мая американские солдаты под началом французского маршала Фоша задержали немецкое продвижение к Парижу у Шато-Тьерри, а в июле там же опять отбили их атаку, когда немцы пытались переправиться через Марну.



Генерал Першинг категорически протестовал против разделения американских дивизий и к концу августа собрал под своим командованием отдельную американскую армию. На собственном участке фронта 12 и 16 сентября американцы успешно атаковали немецкие войска к югу от Вердена и отбросили их к Мецу. После этого 1-я и 2-я американские армии приняли участие в совместной с французами Маас-Аргоннской операции, также известной как «наступление в Аргоннском лесу». 26 сентября началось общее наступление соединенных французских, английских и американских частей на участке фронта от Северного моря до реки Маас. Первой в атаку пола французская армия, а американцы в начале продвигались медленно и несли большие потери. Но потом американская армия начала штурм немецких позиций и продвинулась вглубь на 7-10 километров, правда потерпев неудачу на флангах. Далее в американской армии возникли проблемы с организацией, связанные, главным образом, с неопытностью американского командного состава. За время вынужденной паузы в американском наступлении англичане и французы вклинились еще дальше в линию немецкой обороны, а возобновившая атаку армия США продвигалась вглубь Аргоннского леса гораздо медленнее. Однако к ноябрю 1-я американская армия окончательно прорвала немецкую оборону и заставила уцелевшие немецкие части непрерывно отступать до самого конца войны. В целом операция продолжалась 47 дней, в нем участвовало 1200 тыс. американских солдат, 2700 орудий, 189 танков и 821 аэроплан.

Роль США в победе Антанты в Первой Мировой войне сложно оценить, даже если не брать во внимание прочие факторы, такие как денежные займы США странам Антанты или дипломатические усилия Америки, а сконцентрировать внимание только на вкладе в победу американских войск. Этот вклад нельзя оценивать только количеством участвовавших в ней американских солдат, жертв или успешных сражений. Ведь если опираться только на сухую статистику, Первая Мировая война обошлась Америке сравнительно малой кровью – США потеряли 70 тысяч человек (в 10 раз меньше, чем Англия, в 20 раз меньше, чем Франция) при 200 тысячах раненых (в 10 и 14 раз соответственно). Но нельзя забывать и о моральном значении американских войск для армий союзных государств – молодая, но уже мощная военная машина Штатов внушала им веру в победу. Эту мысль чрезвычайно точно озвучил британский премьер-министр Ллойд Джордж: "Фактическое число войск, участвовавших в сражениях, не исчерпывало всего значения американского вклада в наше дело во время войны. Присутствие свыше 20 американских дивизий давало нам не только численное превосходство над Германией. Сознание, что за нашими линиями формируются и проходят обучение еще 20 американских дивизий и что миллионы человек будут переброшены из Америки, когда это станет необходимым, позволило французам и англичанам бросить в бой свои последние резервы и нанести немцам тот "удар топором", который заставил их рухнуть".


Литература и источники:

Ллойд Джордж Д. Военные мемуары, т. 5.; М., 1938
История США, т. 2.; М., 1985

Документальный фильм «Великая и забытая», режиссер В.Правдюк, 2010 г.

www.ckofr.com/istoriya/94-usa-pervaya-mirovaya-...

2. История США в Новейшее время

3. США после Первой мировой войны
источник

Настоящий некалендарный XX век начался с войны, которая поразила людей количеством и бессмысленностью жертв, с Первой мировой войны (1914—1918) в истории человечества. На фоне колоссальных потерь, понесенных европейскими странами (1,8 миллиона убитых в Германии, 1,7 миллиона — в России, 1,4 миллиона — во Франции, 1,2 — в Австро-Венгрии, 947 тысяч человек — в Великобритании), потери Америки выглядят не слишком большими: 48 тысяч убитых.

США вступили в войну поздно (в апреле 1917 года), неохотно, без четкой уверенности в правильности предпринимаемого шага. Учитывая масштабы европейской катастрофы, правительство ожидало, что Америка как мировая держава сыграет главную роль в решении исхода войны. Но обычные американцы, которые видели эту кровавую бойню своими глазами и участвовали в ней, пережили настоящий шок и не желали разбираться в политической и экономической подоплеке происходившего.

Страна вышла из войны морально и духовно опустошенной, потерявшей веру в технический прогресс (который, как оказалось, не только не гарантировал людям благополучие, но напротив, привел мир к грандиозным бедствиям), в поступательное движение истории (которая завела человечество в тупик), утратившей оптимистические иллюзии и само ощущение стабильности человеческого существования. Безверие, скепсис, отчаяние и растерянность доминировали в общественных умонастроениях послевоенной Америки и резко контрастировали с материальным процветанием страны.

Первая мировая ускорила изменения, обозначившиеся во всех сферах жизни государства еще на рубеже столетий: падение авторитета церкви и семьи, стремительный рост городов, расцвет промышленности, рост национального рынка и производство товаров потребления. Уровень жизни в Америке был высок, как никогда и ни в одной стране мира. Нация завороженно осваивала технические новинки, самозабвенно делала и тратила деньги, стараясь не упустить ничего, из того, что предлагал сегодняшний день: завтрашний, как показал недавний опыт, мог просто не наступить.

Там, где границы дозволенного в речи, манерах и поведении не были отменены, они были беспредельно расширены. Слово "пуританин" стало едва ли не оскорбительным: оно обозначало человека, который боялся удовольствий и стремился навязывать свои взгляды другим. Быстрое раскрепощение морали, особенно среди молодежи, весьма беспокоило клерикальные и правительственные круги. Правительство, заранее прогнозировавшее возможность послевоенного падения нравов, еще в 1919 году приняло Восемнадцатую поправку к Конституции: был введен "Сухой закон".

Никто, однако, не спрогнозировал последствий "Сухого закона" — появления и роста организованной преступности и других беззаконий, связанных со стремлением обойти Восемнадцатую поправку. Обнаружилось и дополнительное последствие Поправки, менее заметное, но столь же долговременное — изменение отношения Америки к факту потребления спиртного. Привычка пить и напиваться не воспринималась более как удел славянских и латиноамериканских иммигрантов, деградировавших аборигенов и белых бедолаг, — нет, она стала манерой, артистическим стилем, знаком искушенности и свободомыслия. За период действия "Сухого закона" (1919—1933) в столице США Вашингтоне вместо 300 заведений, имевших официальную лицензию на торговлю спиртным и закрытых в 1919, появилось 700, естественно, подпольных.

Противоречивые и непредсказуемые 1920-е были, помимо прочего, и временем серьезного нарушения гражданских свобод. Разобщению нации, ее разделению на "своих" и "несвоих" способствовали длительный судебный процесс и казнь Николо Сакко и Бартоломео Ванцетти (1920—1927), а также принятие Закона о национальной принадлежности (1924), запрещавшего въезд в США иммигрантам из Азии и ограничивавшего доступ иммигрантам из Южной и Восточной Европы.

Поощренные подобным правительственным курсом, частные граждане начали преследование политических, религиозных и этнических меньшинств. Некоторые противодействия этим акциям оказывала общественная организация, под названием "Американский союз гражданских свобод", сформированная в 1920 году. Более широкое общественное мнение, однако, выражала другая организация, которая возникла значительно раньше — Ку-клукс-клан, отряды белых балахонов. С 1920 по 1925 количество членов Клана выросло с приблизительно пяти тысяч до пяти миллионов человек.

4. Америка 1920-30х: Зигмунд Фрейд, Гарлемский ренессанс, "Великий крах"
источник

Двадцатые были временем резких контрастов во всем — в том числе и в сменивших один другой образах президентского правления: от коррумпированной администрации Уоррена Хардинга (1920—1923) к аскетизму Кэлвина Кулиджа (1923—1929), служившему цели создания "государства бизнесменов". Это была эра материализма, торжествовавшего практически во всех сферах национальной жизни. Кинематограф, бокс, бейсбол стали большим бизнесом и породили своих кумиров, таких как Рудольфо Валентино и Грета Гарбо, Джек Демпси и Бейб Рут.

Почти столь же популярным в Америке 1920-х оказалось имя Зигмунда Фрейда, австрийского психоаналитика рубежа XIX—XX веков, занимавшего умы европейских интеллектуалов. Фрейд объяснил людям, что истинная сущность личности кроется в ее подсознательной сфере, которая базируется на трех инстинктах: eros (инстинкт жизни), tanatos (инстинкт смерти) и libido (половой инстинкт). Он объяснил, что детские переживания человека откладываются в подсознании в виде "комплексов": Эдипова (подсознательная неприязнь сына к отцу), противоположного ему "комплекса Электры", и других, — которые человек не может ни изжить, ни объяснить, и потому обречен на мучительную борьбу с самим собой.

В двадцатые Фрейд был на устах у всех мало-мальски образованных американцев, даже тех, кто никогда не читал его трудов. Он был моден в Европе, и его теория эффектно оправдывала человеческие влечения. В американском материалистическом развороте она породила скептицизм, даже цинизм.
Это время, которое, с легкой руки Ф. Скотта Фитцджеральда, получило название "джазового века", было временем, не только пренебрежительно-легкомысленного отношения к жизни, но и временем расцвета искусств. Центральным и интригующим своей новизной культурным явлением 1920-х стал так называемый Гарлемский ренессанс — внезапный послевоенный расцвет "черного" искусства США, который, собственно, и делает десятилетие "веком джаза".

Начавшийся как литературное движение, Гарлемский ренессанс вовлек всю артистическую богему столицы черной Америки — художников, музыкантов, певцов — и как бы "открыл границы" негритянского гетто. Новое черное искусство вошло в жизнь всей страны; Гарлем на время превратился в ее интеллектуальный и культурный центр. Гарлемский ренессанс — это Дюк Эллингтон, первый джазмен 1920-х, "черная легенда" американского джаза, это профессиональный исполнитель степа Билл Робинсон, это певица Бесси Смит, исполнительница блюзов, сладкая шоколадная мечта белых мальчиков, не поспевших в окопы и жаждавших необычных ощущений, это блистательная актриса Этель Уотерс и многие другие.

Афроамериканские джаз-бэнды играли в модных ресторанах крупных американских городов, в салонах пароходов, увозивших в Европу писателей и художников-экспатриантов, в парижских клубах и кафе. К 1925 афроамериканские исполнители джаза объехали едва ли не все европейские столицы — от Лондона и Парижа до Берлина и Москвы. Гарлемский ренессанс был проникнут оптимистическим в целом духом великих перемен и больших надежд.

Новый век создал мощных конкурентов книге в виде радио, кино, большого спорта. Вместе с тем его технология, его расширяющаяся сеть коммуникаций и растущая индустрия рекламы способствовали созданию новых журналов и новых издательств. Издатели охотились за авторами, журналы соревновались за право напечатать их рассказы; литераторы стали больше зарабатывать, и их аудитория существенно расширилась. С наступлением в 1927 эры звукового кино Голливуд неслыханно щедрыми контрактами начал привлекать многих известных писателей, таких как Фитцджеральд, Фолкнер, Дэшиел Хэммет, Натаниэль Уэст. Большинство литераторов, однако, чувствовало себя скорее обескураженными при виде беззастенчивой погони нации за деньгами.

Кризис, "Великий крах", как называли его американцы, наступил с внезапностью, стремительностью и неотвратимостью обвала лавины или падения в бездну. Еще в декабре 1928 года в последнем обращении к Конгрессу президент Кулидж заверил нацию, что ее "перспективы никогда не были столь обнадеживающими". В октябре 1929, меньше, чем через год после речи Кулиджа, лопнула центральная биржа на Уолл-стрит. Один за другим стали закрываться банки, безработица достигла цифры в 12,5 миллиона человек, появились длинные, унылые и озлобленные очереди за хлебом, кухни с бесплатным супом, по всей стране, как грибы, выросли "гувервили" — целые городки бараков, дешевого жилья.

С особой силой кризис ударил по цветным, главным образом, чернокожим американцам. Белые обыватели, даже "братья по классу" — рабочие, державшиеся в условиях падения жизненного уровня и безработицы за свой кусок хлеба, отыгрывались на афроамериканцах за годы их культурного доминирования. Чтобы выстоять, афроамериканцам пришлось вспомнить, что они черные в "белой" стране и бывшие рабы, и объединиться против белых хозяев жизни.

Если в 20-е годы властителем дум был З. Фрейд с его концепцией личности, то теперь им стал Карл Маркс с его критикой капитализма. Идеи Маркса в популярной интерпретации отечественных "марксистов" (Джозефа Фримена, Майкла Голда и др.) получили в Америке весьма широкое распространение и сочувствие. "Красная декада", "гневное десятилетие", — так определялись 1930-е годы в американской культуре.

Приход к власти в Германии Гитлера (1933), угроза новой войны, которая тенью нависла над всей Европой, жестокие преследования нацистами евреев — все эти взаимосвязанные события заставили сотни писателей, художников, музыкантов, ученых и философов (как евреев, так и не евреев) искать убежища в США. Томас Манн, Владимир Набоков, Исаак Башевис Зингер, Альберт Эйнштейн и другие — вот иммигранты этой волны.

Однако, несмотря на осложнившуюся обстановку в мире, Америка оставалась слишком озабоченной своими внутренними проблемами, чтобы отказаться от политики нейтралитета. "Сначала — Америка" — название одной из изоляционистских организаций — являлось лозунгом многих американцев. Впоследствии, впрочем, выяснилось, что полное экономическое восстановление смогло осуществиться лишь после присоединения Америки к странам-участницам Второй мировой — действия, которое ускорило ее подъем в качестве мировой державы и вновь кардинально изменило жизнь нации, ее культуру и литературу.

Вплоть до середины XX века литература Новой Англии считалась "американской", литература Среднего Запада, Юга и Запада — "региональной", а творчество писателей еврейского происхождения и афроамериканцев — литературой "меньшинств".

5. США в межвоенный период
источник

Бурный межвоенный период открылся серией серьёзных поражений правящей Демократической партии. Прежде всего, несмотря на все старания, ей не удалось добиться ратификации Версальского мирного договора. Завершение войны позволило республиканцам поставить вопрос о демонтаже той разветвлённой структуры федеральных органов, которая была создана для регулирования социально-экономических отношений. Полностью она имела право на существование только в чрезвычайной ситуации. Теперь же настало время возвращаться к нормальному порядку вещей. Этот лозунг — «Назад к нормальным временам», ставший центральным в предвыборной кампании республиканцев в 1920 году, — принёс им победу и позволил вернуть контроль над Белым домом и Конгрессом. Он подразумевал проведение политики, основанной на принципах невмешательства государства в экономику, создание условий наибольшего благоприятствования для большого бизнеса. Во внешней политике республиканцы ратовали в пользу возвращения к изоляционистским постулатам, а также за отказ от обязательств, которые могли бы ограничить «свободу рук» в международных делах.

Республиканцы оставались у власти на протяжении всех 1920-х годов. В американской историографии это десятилетие традиционно называют периодом «просперити» (процветания). Действительно, в эти годы США переживали бурный экономический подъем. Его результаты были впечатляющими. К концу десятилетия доля США в мировом промышленном производстве составляла 48 %. Их лидерство в системе мирового хозяйства было неоспоримым. Однако бесспорный прогресс США отнюдь не означал, что у американской экономики не было уязвимых сторон. Процветание практически не затронуло аграрный сектор, платёжеспособный спрос населения по-прежнему отставал от роста производства, что потенциально создавало основу для возникновения очередного кризиса перепроизводства. Наконец, серьёзной слабостью той экономической модели, которая сложилась в США в 1920-е годы, являлась разросшаяся и практически неконтролируемая сфера финансовых спекуляций.

Однако тогда политические лидеры не обращали внимания на эти угрозы. Им казалось, что возможности американской экономики безграничны и её поступательное развитие будет продолжаться и дальше. Тем неожиданнее и тяжелее оказались последствия краха Нью-Йоркской фондовой биржи в октябре 1929 года. Последовавшая за этим цепная реакция вызвала экономический кризис, равного которому не было не только в истории США, но и западной цивилизации в целом. Кризис до основания потряс американское общество и продемонстрировал полное банкротство философии «твёрдого индивидуализма», на которой базировалась политика большинства прежних администраций.

Перед политической элитой США остро встал вопрос о поисках путей выхода из той тяжелейшей ситуации, в которой оказалась страна. В более широком плане речь шла об осуществлении очередной модернизации американского общества. Решение этой судьбоносной задачи выпало на долю Франклина Делано Рузвельта, единственного человека в истории США, четырежды занимавшего президентское кресло. В первый раз он занял Белый дом в результате победы на выборах 1932 года, проходивших в разгар кризиса. Рузвельт добился успеха, обещая избирателям «Новый курс». Жизнь показала, что это не просто предвыборный лозунг, а развёрнутая программа обновления США. Ситуация требовала немедленных действий, и уже в первые 100 дней пребывания у власти Рузвельт провёл целый комплекс реформ, которые можно разделить на три группы.

Были приняты меры по регулированию и укреплению валютно-финансового механизма США, включая отмену золотого стандарта, гарантирование государством депозитов до 5 тысяч долларов, рефинансирование задолженности, меры по оздоровлению банковской системы. В 1934 году была проведена девальвация доллара и создана Комиссия по торговле акциями.

Вторая группа мероприятий была связана с попыткой разрешить кризисную ситуацию в аграрном секторе. Центральное место здесь занимал Закон о регулировании сельского хозяйства 1933 года. В соответствии с ним создавался сложный государственный механизм, в распоряжении которого находился специальный денежный фонд. Из него фермеры получали премиальные выплаты за сокращение производства основных видов сельскохозяйственной продукции.

Центральное место в законодательстве этого периода занимал Закон о восстановлении промышленности. В нем были зафиксированы нормы, позволявшие государству регулировать условия производства в основных отраслях промышленности, а также трудовые отношения, где государство прямо брало на себя роль арбитра в трудовых конфликтах. Наконец, в этом законе предусматривались реальные меры по оказанию масштабной помощи безработным.

На первых порах эти экстраординарные по американским понятиям меры были восприняты как данность. Однако, как только острота кризиса начала спадать, Рузвельт стал подвергаться жёсткой критике и с правого, и с левого флангов (в одном случае — за сползание к социализму, в другом — за недостаточно последовательный антимонополистический курс). В стране усиливались позиции сторонников независимых политических действий.

В этой ситуации Рузвельт пошёл на смелый политический шаг: в целях укрепления электоральной базы Демократической партии он решился на серьёзный сдвиг влево в политике правящей партии. В 1935 году по инициативе президента были приняты такие важные законы, как Национальный акт о трудовых отношениях, Закон о социальном страховании, были значительно увеличены ассигнования на общественные работы, возросла помощь низкодоходным группам сельского населения, повышена налоговая ставка для лиц с высокими доходами, введены ограничения на деятельность холдинг-компаний в сфере коммунального обслуживания.

Эти шаги принесли свои плоды. Они позволили демократам прочно интегрировать в свою электоральную базу подавляющую часть американских рабочих, на их сторону перешло большинство чернокожих избирателей и практически вся либеральная интеллигенция. Результаты реформирования программной платформы и политического курса стали очевидны, когда были обнародованы результаты выборов 1936 года. На всех уровнях демократы нанесли сокрушительное поражение своим традиционным соперникам — республиканцам — и стали полностью доминировать в политическом процессе.

В конце 1930-х годов ситуация начала меняться. В Конгрессе сложилась двухпартийная консервативная коалиция, сумевшая затормозить дальнейший ход реформ. Сам президент постепенно пришёл к выводу, что необходимо отказаться от создания новых структур и механизмов управления, уделяя основное внимание отлаживанию уже существующих. Но главное, резко изменилась политическая повестка дня: над миром нависла угроза новой войны и вопросы внешней политики с 1937 года стали занимать все большее место в деятельности президента. Рузвельт, один из самых дальновидных политиков той эпохи, понимал, что США не смогут остаться в стороне от назревавшего конфликта и в их интересах способствовать международным усилиям по обузданию действий держав-агрессоров (Германии и Японии). Проблема заключалась в том, что и в общественном мнении, и в политической элите США преобладали изоляционистские настроения, и не считаться с этим обстоятельством Рузвельт не мог.

Когда 1 сентября 1939 года началась Вторая мировая война, США объявили о своём нейтралитете. В новых условиях Рузвельт видел свою задачу в том, чтобы прежде всего максимально укреплять обороноспособность страны. С этой целью он добился резкого увеличения ассигнований на развитие ВМФ, началась подготовка к переводу экономики на военные рельсы, наконец, был принят Закон о всеобщей воинской повинности, позволивший ещё в мирное время начать увеличение численности вооружённых сил. Вторая проблема, которую пытался в эти годы решить Рузвельт, заключалась в том, чтобы, формально сохраняя нейтралитет, обеспечить исполнительной власти максимальную свободу действий на международной арене. Хотя вплоть до декабря 1941 года США сохраняли нейтралитет, их отход от этого статуса и сближение с противниками держав Оси неуклонно набирали обороты.

Особенно отчётливо этот процесс обозначился после разгрома Франции в мае — июне 1940 года и после того, как в ноябре того же года Рузвельт вопреки незыблемой традиции «двух сроков» в третий раз был избран на пост президента США. Кульминации эта тенденция достигла в двух событиях — в марте 1941 года был принят Закон о лендлизе, позволявший правительству США на законных основаниях осуществлять поставки оружия и военных материалов странам, военные усилия которых были важны для безопасности США, и в августе 1941 года, когда Великобритания и США подписали Атлантическую хартию о совместных принципах внешнеполитической деятельности (в сентябре 1941 года этот документ подписал и СССР).

Политические симпатии администрации Рузвельта были очевидны. Это хорошо понимали и в Берлине, и в Токио. Упоённые своими военными успехами, лидеры этих стран пришли к выводу, что настала пора покончить с США. Решающий шаг сделала Япония, которая 7 декабря 1941 года без объявления войны нанесла удар по Перл-Харбору — крупнейшей военно-морской базе США на Тихом океане. Ужас и негодование от потерь, понесённых США в Перл-Харборе в результате вероломного нападения, переломили изоляционистские настроения, и споры о целесообразности участия США в войне прекратились. 11 декабря войну США объявили союзники Японии — Германия и Италия.

@темы: история, материалы

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Рассадник идей

главная